22 августа 11:34 в Саратове +21,1°C
Доллар 67.18 Евро 77.35

Дело Малышева, или Не нервничайте так, господа прокуроры

Верный признак того, что процесс идет не так, как планировалось, - это нервное поведение гособвинения. Гособвинители по делу депутата Саратовской городской думы Владислава Малышева очень сильно нервничают, адвокатам даже приходится успокаивать их.

10:30, 24 июля 2014 Автор: Сергей Щукин

Верный признак того, что процесс идет не так, как планировалось, - это нервное поведение гособвинения. Гособвинители по делу депутата Саратовской городской думы Владислава Малышева очень сильно нервничают, адвокатам даже приходится успокаивать их. Чисто по-человечески прокуроров можно понять, кажется, что у них в жизни началась черная полоса: свидетели твердят о невиновности подсудимого, документальные доказательства свидетельствуют о том же, дело трещит по швам. Не надо так нервничать, господа прокуроры, лучше порадуйтесь тому, что на ваших глазах творится правосудие. «Четвертая власть» продолжает следить за судебным процессом в Октябрьском райсуде Саратова.

Переходное звено к Малышеву

Перед судом по делу Малышева предстал жизненно необходимый для гособвинения свидетель - Алексей Скоробогатов. Как следует из официальной версии преступления, именно он был замыкающим звеном в цепочке «обналичников» денег ЗАО «Богородскнефть». Давайте вспомним, как в фантазиях следователей происходило «обналичивание». Малышев, в поисках фирмы-обналички, через свое доверенное лицо Алексея Скоробогатова вышел на перевозчика нефти Марцина, тот вышел на знакомого Дындина, тот - на Тарасова, а тот уже на Финкта с его фирмой «Эталон», который и «обналичил» деньги в другой фирме - «Энергосинтез». После этого наличные потекли обратно по цепочке: Финкт - Тарасов -  Дындин - Марцин - Скоробогатов. Именно последний должен был передать миллионы в руки Владиславу Малышеву, иначе вся цепочка рушится. Никто не видел этого момента передачи денег, но он просто обязан был произойти. Иначе за что следователи, а теперь и прокуроры Чечин с Жидковым получают зарплату?!

Теперь вопрос на засыпку: а кто собственно такой этот Алексей Скоробогатов и с чего бы он был доверенным лицом Малышева?

Свидетели обвинения утверждали, что он был водителем-телохранителем гендиректора ЗАО «Богородскнефть», они якобы видели, как он его возил, часто бывал в офисе. Бывший бухгалтер Юлия Романихина на суде даже умудрилась вспомнить госномер машины, на которой Скоробогатов возил подсудимого, чем изумила всех участников процесса. Еще бы, вспомнить комбинацию из цифр и букв на каком-то чужом авто спустя 9 лет - это истинное чудо. Впрочем, многие граждане, вызванные прокурорами в суд для дачи показаний, показывали подобные феноменальные способности.

Так вот на суд явился не выдуманный следователями, а реальный Алексей Скоробогатов - боевой офицер, отслуживший много лет в отряде спецназа УИН, имеющий  государственные награды за боевые заслуги. Он рассказал, что познакомился с Владиславом Малышевым на каких-то спортивных соревнованиях, они оба были поклонниками единоборств. Они не были друзьями, скорее просто знакомы, у гендиректора нефтяной компании и спецназовца не так уж и много общих тем для разговоров. Впрочем, были еще причины, из-за которых они иногда виделись. Во-первых, дружили их жены, и они иногда вместе выезжали на природу, во-вторых, в ЗАО «Богородскнефть» водителем работал Вячеслав Скоробогатов - не только однофамилец, но и односельчанин Алексея. Саратов все-таки маленький город. Поэтому Алексей Скоробогатов временами забегал в офис, чтобы поболтать со своим приятелем и заодно перекинуться словечком с Малышевым, если тот свободен. Алексей заявил на суде, что никогда не был ни водителем, ни телохранителем подсудимого, да и не мог им быть, поскольку все рабочее время трудился на своем основном месте работе - в отряде специального назначения УФСИН. Это подтвердил и другой свидетель - замкомандира по боевой подготовке из того же отряда Гончар. Этот свидетель охарактеризовал Скоробогатова как дисциплинированного, во всех смыслах положительного офицера, неоднократно отличившегося в боевых действиях в Чечне во время первой и второй Чеченских компаний, за что был удостоен высших боевых государственных наград. Рассказал Гончар также и о распорядке дня в отряде: работа с 9.00 до 18.00, с понедельника по пятницу, плюс усиления либо командировки. Кроме того, Алексей был инструктором в отряде, он обучал навыкам стрельбы молодых бойцов. Никаких уходов с работы быть не могло, уверенно заявил Гончар, коллектив небольшой, и все были на виду, это просто не возможно в государственном подразделении специального назначения.

Он же добавил, что Скоробогатов был дежурным. Совсем было приунывшие гособвинители тут же воспряли духом и поинтересовались графиком дежурств: сутки через трое. Вот, видимо, эти 3 дня свидетель и работал на Малышева! Но нет, и эта версия развалилась. Дело в том, что Скоробогатов числился дежурным номинально, это было ему необходимо, чтобы получить новое высшее воинское звание. Бывший командир этого отряда, а ныне первый заместитель начальника УФСИН по Саратовской области, полковник Стецюр-Мова подтвердил суду, что такая практика в отряде была обычным делом. Согласитесь, у боевых офицеров нет причин лгать и выгораживать Владислава Малышева. Кому бы вы больше поверили: офицерам с боевыми орденами или сотрудникам «Богородскнефти», которые сами чудом избежали уголовного дела, будучи по нему подозреваемыми? Более того, данные о том, что Алексей Скоробогатов никогда не работал на Малышева, подтвердил даже целый ряд свидетелей обвинения, работавших в то время в ЗАО «Богородскнефть» на разных должностях. В частности об этом твердо заявил механик фирмы Ерусланов, в чьем подчинении как раз и были все водители и траспортные средства предприятия и водитель Шабаев.

Вновь давление и угрозы

Еще одно «подозрительное пятно» в биографии Скоробогатова - это то, что он по доверенности представлял интересы родственников Владислава Малышева на собраниях акционеров ЗАО «Богородскнефть». Значит, он был особо доверенным лицом, заявили прокуроры. Однако в суде бывшая супруга подсудимого пояснила, что она делегировала Скоробогатова на собрания, поскольку дружила с его женой и считала его порядочным, надежным человеком. Задача же его была формальной и несложной - поставить галочку в нужных местах при голосовании акционеров. Алексей мог даже не следить за собранием, что бы там ни происходило, спать за столом и просыпаться, только когда подходило время голосовать. Он был заранее проинструктирован, как надо голосовать. Об этом же заявил и сам свидетель.

Когда следствие поняло, насколько им нужно «переходное звено» в цепочке «обналичников» к Малышеву, они всерьез взялись за Алексея Скоробогатова. На суде он рассказал о том, как с ним разговаривали на разных уровнях в Следственном комитете Саратовской области, «убеждая» дать нужные им показания против Малышева, как однажды правоохранители заявились к нему домой в 7 часов утра, провели обыск, доставили его к себе. По словам Алексея, на него оказывалось неприкрытое психологическое давление. В «спецоперации» по обыску и запугиванию свидетеля участвовало аж 8 оперативных сотрудников полиции, из-за чего они даже не смогли все поместиться в маленькой квартире Алексея, и половина стояла в подъезде и на улице. В итоге «бравые» сотрудники полиции не нашли при обыске ничего незаконного, но зато перепугали маленькую дочь Алексея. После этого Алексея, по не понятным причинам, принудительно доставили к следователю Гончаровой. Дело в том, что до этого случая его никто ни разу не вызывал к следователю ни повесткой, ни даже телефонным звонком, он ни от кого не скрывался и жил спокойно в своей квартире. По закону принудительный привод можно осуществить только в случае, если лицо уклоняется от явки к следователю по повесткам. Таким образом, правоохранители нарушили закон. От Алексея следователи требовали подписать, что он получал от Марцина и передовал Малышеву 12 млн рублей якобы обналиченных денег.  Намекали на то, что это последний шанс, иначе поедет в ИВС, а потом в СИЗО уже обвиняемым.

Напомним, что Скоробогатов - второй свидетель по делу, заявляющий о прямом давлении на него правоохранителей. Первым был перевозчик нефти Андрей Марцин. Он сообщил, что его в течение трех часов без адвоката (адвокат стоял на проходной, и его не пропускали) допрашивали сотрудники подразделения «Кобра» - вкачивали в него нужные показания против Малышева. Тот не выдержал и сломался.  Алексей Скоробогатов оказался «крепким орешком» - он заявил, что не будет клеветать на человека: на Малышева не работал, никакого Марцина не знает, никаких денег не передавал. И точка. В итоге следователи отпустили его домой ближе к вечеру, так и не добившись от него ничего. Цепочка передачи денег оказалась оборванной, впрочем, это не помешало передаче уголовного дела в суд. Ведь если чего-то очень сильно хочется, в особенности высокопоставленным правоохранителям, то можно все.

Секрет Полишинеля, или Об отставке знали все

Еще два приглашенных в суд свидетеля подтвердили и уточнили, что происходило в ЗАО «Богородскнефть» 12 октября 2005 года, в тот день, когда были подписаны бумаги и переведены деньги на счет «Эталона». Вновь обратимся к официальной версии, рожденной фантазией следователей: 11 октября Владислава Малышева решением суда отстраняют от должности гендиректора. Однако он держит это в тайне, чтобы на следующий день уговорить главного бухгалтера Антонину Прохорову и главного инженера Михаила Сухова подписать документы по сделке с «Эталоном». Стали бы они его слушать, если б узнали, что он уволен. Так вот свидетель Виктор Ковалев заявил, что 11 октября подчиненные знали об отставке Малышева, это был секрет полишинеля. Он трудился в проектной организации, «Богородскнефть» должна была ему деньги за выполненные работы. Именно 11 октября, показал свидетель, ему позвонил Сухов, с которым они по-товарищески общались, и сообщил, что суд снял гендиректора с должности. Ковалев тут же поехал к ним в офис, опасаясь, что со сменой руководства могут «уйти» и его деньги. «Богородскнефть» гудела как растревоженный улей, все обсуждали увольнение Малышева. Свидетель добрался до подсудимого, но тот заявил ему, что ничем не может помочь - поскольку его отстранили, то руководство фирмой перешло Михаилу Сухову, который имеет доверенность от гендиретора. Ковалев нашел главного инженера, переговорил с ним, попросил оплатить долг, и на следующий день тот перечислил ему часть денег.

Таким образом, свидетель Виктор Ковалев рассказал: что все в офисе знали об увольнении Владислава Малышева и потому он не мог никого обмануть, что с 11 октября подсудимый не руководил ЗАО «Богородскнефть», все решения принимал и осуществлял главный инженер Сухов. В том числе и решение по переводу 11,9 млн руб. «Эталону».

Другой свидетель - знаменитый спортсмен Павел Удодов, президент Федерации кикбоксинга ПФО, дал аналогичные показания. 11 октября 2005 года он также оказался в растревоженном офисе ЗАО «Богородскнефть» и по такому же поводу - деньги. Владислав Малышев время от времени оказывал благотворительную помощь его федерации, на ноябрь были запланированы крупные международные соревнования в Саратове, а денег пока не было. В тот день, по словам Удодова, ему позвонила бухгалтер Прохорова и заявила: ты пролетаешь, Малышева сняли с должности. Эта новость шокировала спортсмена - у него уже была заказана гостиница для участников соревнований, оплачено их проживание, для него это могло обернуться грандиозным скандалом. Он приехал в офис «Богородскнефти» и, как и Виктор Ковалев, увидел, что работники обсуждают увольнение гендиректора. Владислав Малышев и его отправил к Сухову, сославшись на то, что больше не руководит предприятием. Спортсмен навещал Сухова через день, в итоге тот не выдержал, и в конце октября перевел Федерации кикбоксинга деньги. Это событие подтверждает выписка, которая была представлена в суде. Подсудимый в этих переговорах не то что не участвовал, его даже в офисе больше не было.

Тройственный обман

Бывший юрист ЗАО «Богородскнефть» Артем Симонов был в те дни Казани, где проходил судебный процесс. Именно он позвонил Владиславу Малышеву в Саратов, чтобы сообщить, что того сняли с должности. Юрист отметил, что все в офисе фирмы сразу же узнали об отставке, что он и другие юристы рекомендовали Малышеву больше не принимать никаких решений, покинуть пост генерального директора и офис предприятия. Поэтому после 11 октября тот практически не появлялся на работе. Все переговоры велись с главным инженером Суховым, как руководителем. Об этом же раньше говорил другой юрист - Романов.

Поведал свидетель и о том, что присутствие Алексея Скоробогатова на собраниях акционеров носило чисто номинальный характер, и - что самое интересное - рассказал о тройственном договоре между ЗАО «Богородскнефть», ООО «Бизнес-Системы» и швейцарской «Сантана-Ойл», который призван подтвердить ущерб предприятию.

Как этот договор выглядит по версии следствия: Владислав Малышев решает прибрать к рукам 11,9 млн руб., для этого он переводит деньги фирме -«обналичке» «Эталон» якобы за поставку нефти. На самом же деле этот объем нефти якобы поставила другая организация - «Бизнес-Системы». Когда руководители «Бизнес-Систем» поняли, что не дождутся денег, они пошли к совладельцу «Богородскнефти» Валерию Шумскому, главе «Юкола-Нефти», и потребовали денег у него. Тот, как «настоящий купец», человек слова, по его собственным словам, не проверив ни единого документа по этой сделке, поверил «ребятам» на слово и не смог отказать им. Вот только таких денег у него при себе не было. Тогда и был заключен тройственный договор, по которому «Богородскнефть» в лице Шумского (у него вроде бы была доверенность на управление фирмой, хотя ее никто не видел) переуступила свой долг швейцарской фирме, с которой Шумский давно сотрудничал. Таким образом «Сантана-Ойл» якобы выплатила долг «Бизнес-Системам», а затем при помощи Арбитражного суда получила решение о взыскании данных денег с ЗАО «Богородскнефть». Юрист Илья Романов на суде усомнился в легитимности этой сделки, он утверждал, что «Сантана-Ойл» также принадлежит Шумскому. Если это так, то весь договор выглядит фикцией. Свидетель Артем Симонов поддержал своего бывшего коллегу. Он рассказал суду, что интересы «Богородскнефти» и «Сантаны-Ойл» в арбитраже отстаивали люди из одной и той же фирмы «Шанс» - Плотников и Сомова. Более того, они жили в гражданском браке. О каком состязании и противоборстве после этого можно говорить? Также Симонов подтвердил, что Шумский является бенифициаром, т.е. владельцем, данной офшорной комании - «Сантана-Ойл». Т.е. фактически Шумский судился сам с собой. Конечно же, «Богородскнефть» признала иск «Сантаны-Ойл» и не спорила с ним.

Но и это еще не все. Впоследствии выяснилось, что в качестве доказательств того, что «Богородскнефть» должна деньги «Сантане-Ойл», были представлены копии фиктивных платежек, которые к тому же были никем не незаверены. Как суд мог принять такие «филькины грамоты»? Очень просто. Симонов пояснил, что судья принимает копии документов, если другой участник процесса не возражает против этого. Естественно, другая сторона не возражала. По мнению адвокатов Владислава Малышева, по сути, это был сговор участников процесса, они ввели судью в заблуждение. Для чего они устроили этот фарс? Для того, чтобы своим решением арбитраж юридически признал существование тройственного договора, а значит и «преступление» Владислава Малышева. Фиктивность этого тройственного договора подтверждает хотя бы тот факт, что на счет «Бизнес-Систем» никогда не приходили деньги от «Сантаны-Ойл» ни по представленной в суд платежке, ни по какой другой. Т.е. налицо подделка документов и представление подложных документов в Арбитражный суд Саратовской области. Это подтверждает выписка со счета фирмы «Бизнес-системы», имеющаяся в материалах уголовного дела и представленная суду. Также юрист Симонов вслед за своим коллегой Романовым изучил платежки и заявил, что документы оформлены неправильно и, вероятно, подделаны.

В апреле 2013 года, когда прокуратура Саратовской области в очередной раз вернула уголовное дело на доследование, прокуроры отметили, что решение арбитража было основано на документах, имеющих признаки фиктивности, поддельности. В этом преступлении, а также в уклонении от уплаты налогов прокуроры заподозрили руководство заявителя по делу Малышева - ЗАО «Богородскнефть». Это дело даже выделили в отдельное производство. Уже в ходе этого судебного процесса адвокаты Малышева поинтересовались, чем же закончилось то расследование, ведь подсудимому об этом так и не удосужились рассказать. Оказалось, что все завершилось, как и должно было завершиться. Материалы дела попали к следователю Гончаровой, той самой, что вела дело Малышева. И она, не проведя ни одной экспертизы, решила, что раз Шумский (фактический заявитель по делу Малышева) говорит, что сделка была, то она была на самом деле. Ну нет у нее оснований не верить на слово «купцу» и «человеку слова» Шумскому. А документы не так уж и важны. Это и естественно, ведь возбуждение уголовного дела против заявителя по делу Малышева и официальное признание фиктивными тех документов, которые положены в основу обвинения Малышева, окончательно бы похоронило уголовное преследование депутата, а к уголовной ответственности пришлось бы привлечь тех самых «потерпевших» по этому делу.

Утром - в газете, вечером - в куплете

После этого организуются, возможно, Шумским, новые «доказательства вины» Владислава Малышева. Происходит это так: налоговая инспекция предъявляет ЗАО «Богородскнефть» претензии по 15 компаниям, с которыми фирма заключала сделки. Речь шла о неправильной уплате налогов с этих сделок. Среди компаний были и «Эталон», и «Бизнес-Системы». Когда дело дошло до суда, «Богородскнефть» не стала подавать документы по сделке с «Эталоном», но подала документы по сделке с «Бизнес-Системами». С пеной у рта фирма при этом доказывала, что именно последняя фирма и поставляла нефть. Инспекция не оспаривала это, так как ведомству в принципе было все равно, кто там поставлял нефть, его интересовала правильная уплата налогов. «Богородскнефть» тот суд выиграла, а заодно получила и документ, указывающий на «махинации» Владислава Малышева.

И самое примечательное. Ни к одному из этих арбитражных процессов Владислав Малышев не был привлечен даже в качестве третьего лица, а соответственно был лишен возможности участвовать в них и представлять доказательства со своей стороны. Он даже не знал о них вплоть до 2013 г., когда в ходе ознакомления с материалами уголовного дела с удивлением прочел эти решения.    

История же с увольнением Владислава Малышева, о котором якобы не  знали в «Богородскнефти» завершилась тем, что практически весь коллектив уволился вместе с ним и перешел в его новую компанию - «Волжская нефть». И Антонина Прохорова трудилась там до 2007 года, пока вдруг не начала давать показания против подсудимого, кардинально поменяв свои предыдущие показания в угоду следствию. Видимо, следствие нашло убедительные для нее «аргументы», которые в последствии «представлялись» и Марцину со Скоробогатовым. В отличие от боевого офицера Алексея Скоробогатова, убедить пожилую, одинокую женщину следствию, по-видимому, оказалось под силу. Кстати, бухгалтер Романихина, чьи показания так часто любит цитировать прокурор Жидков, осталась в «Богородскнефти». Правда, продержалась она при новом руководстве всего несколько месяцев. Вероятно, из нее выкачали всю необходимую информацию, после чего уволили. Женщина попыталась устроиться в «Волжскую нефть», однако там отступницу никто не ждал. Не потому ли она теперь так охотно дает показания против Владислава Малышева, может быть, примешались личные обиды?

И, наконец, апофеоз глупости дела Малышева: адвокаты представили судье Сергею Сотскову статью газеты «Коммерсант» под названием «Богородскнефть» вернулось под контроль «ЮКОЛА-нефти». Материал вышел на сайте издания в ночь с 11 на 12 октября 2005 года в 0.00 часов. В нем рассказывалось, что несколько часов назад суд в Казани сместил Владислава Малышева с поста гендиректора ЗАО «Богородскнефть». Статья вышла с комментариями, в том числе подсудимого и противоборствующей стороны - компаньона Шумского Артура Зубарика и их юриста Ольги Сомовой. А уже утром 12 октября материал вышел в печатном номере газеты «Коммерсант». Ранее юрист Романов вспоминал, что 11 октября Малышеву звонил какой-то корреспондент и спрашивал о состоявшемся решении суда. Рассказал об этом звонке и другой свидетель, чьи показания мы подробно разберем, когда гособвинители закончат его допрашивать. Выходит, что об увольнении подсудимого в этот же день, 11 октября 2005 г., буквально через несколько часов после состоявшегося решения суда, знали даже журналисты федерального издания, об этом напечатали в популярной газете, так что сохранить эту новость в тайне от своих подчиненных Малышев никак не мог.

Адвокаты Владислава Малышева обещают, что впереди много интересных свидетелей, которые расскажут, что было на самом деле, и заставят понервничать гособвинителей Григория Жидкова и Владимира Чечина. Прокуроры и так уже срываются на крик, похожий на истерики, нисколько не смущаясь при этом высоких гостей из Москвы (на суде по делу Владислава Малышева лично побывала член Совета по правам человека и развитию гражданского общества при презеденте РФ, руководитель секции Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека РФ, член Российской секции Международной комиссии юристов Мара Полякова, - ред.), приезжающих на суд Малышева для того, чтобы своими глазами оценить происходящее. Дальше прокуроры, вероятно, вовсе потеряют голос. В связи с этим хочется пожелать им не потерять лицо и погоны. И еще не забывать, что их работа заключается не в доказывании любыми путями вины подсудимого Малышева, а в поиске истины. Какой бы неудобной она ни была.

Богородскнефть, Владимир Чечин, Владислав Малышев, Григорий Жидков, прокуратура, суд

В Аткарске пара разбилась насмерть на мотоцикле

В Аткарске пара разбилась насмерть на мотоцикле

Кудрин о состоянии пенсионной системы: «Мы подошли к черте»

Кудрин о состоянии пенсионной системы: «Мы подошли к черте»

В Энгельсе экс-главу земельного комитета осудили за крупное мошенничество

В Энгельсе экс-главу земельного комитета осудили за крупное мошенничество

Популярное
наверх